Василий Оводов. Годы жизни. Воспоминания.

Глава 6. Друзья военных лет

В 1945 году закончилась Великая Отечественная война. Ветераны войны разъехались кто куда. Многочисленная армия ветеранов демобилизовалась, отправилась в родные края к семьям, и приступили к восстановлению разрушенного хозяйства, к мирному труду. Значительная часть ветеранов осталась продолжать службу в Вооруженных Силах страны, нести на своих плечах нелегкую военную службу.

В качестве кадрового офицера Военно-морского флота мне выпала честь служить на Черноморском, Северном и Балтийском морях. Во время службы я часто встречал ветеранов военных лет, общался с ними, приобретал новых друзей и товарищей. После демобилизации легко вошел в гражданскую жизнь, продолжая учиться сам и, работая в учебных заведениях, обучать подрастающее поколение на примере истории Великой Отечественной войны, используя свой личный опыт.

Мои связи с ветеранами войны расширились когда я вошел в состав Совета ветеранов Краснознаменного Черноморского флота, а затем и в Объединенный совет всех флотов и флотилий. Я встретил здесь людей героической судьбы, преданных Родине, флоту, активно работающих с молодежью, передавая ей свои знания и жизненный опыт. Именно о них я и хочу рассказать в этой главе.

Сидельников Николай Яковлевич, капитан 1 ранга

Родился Николай Яковлевич 1 января 1910 года. Всю свою сознательную жизнь Николай посвятил флоту, воевал на Черноморском театре военных действий. Был, как и я, непосредственным участником обороны Одессы, Севастополя и Кавказа. Награжден многими орденами и медалями. И, не смотря на свой солидный возраст, Николай Яковлевич остается в строю. Он член Совета ветеранов КЧФ, Председатель группы штабных работников, ОВРа. При его активном участии в восьмидесятые годы при доме пионеров и школьников Севастопольского района г. Москвы создан музей КЧФ, в котором и в настоящее время он встречается с учащимися школ, продолжая рассказывать им о боевых действиях Черноморского флота в годы войны. О себе ветеран говорит следующее.

В 1928 году юношей в 18 лет я поступил в Ленинградское Высшее Военно-морское училище имени Фрунзе. С этого времени и до 1961 года моя жизнь протекала на флоте. Зная эти даты не трудно подсчитать сколько мне сегодня лет. Рассказать о всей моей жизни нелегко, до и времени на это надо немало. Начну с Великой Отечественной войны. Служил я в то время в Штабе Эскадры Черноморского флота в Севастополе в должности помощника флагманского артиллериста. Курировал корабли эскадры.

За день до начала войны 21 июня 1941 года находился в увольнении и был со своей семьей на квартире на Корабельной стороне в районе Малахова кургана. 22 июня около трех часов утра я еще практически не спал, как услышал начавшуюся артиллерийскую стрельбу. Поскольку я работал в Штабе Эскадры флота, уходя в увольнение я точно знал, что на воскресенье 22 июня никаких учебных или боевых стрельб не планировалось, боевая тревога не объявлялась, а тут стрельба. Я взял в руки бинокль и подошел к окну. Стрельба было прекратилась, но вскоре возобновилась. А из окна я увидел освещенный прожекторами немецкий самолет «Дарниеваль», сбрасывавший на парашютах мины с целью минирования фарватера и Северной бухты.

Наши артиллеристы вели по самолету прицельный огонь. Так началась для нас севастопольцев Великая Отечественная война. О нападении фашистской Германии на нашу страну мы узнали несколько позже в 12 часов дня, когда по радио выступил В.М.Молотов.

Все 4 года войны я прослужил на Черноморском флоте в должности помощника флагманского артиллериста Эскадры флота и координировал действия артиллерии кораблей эскадры. В первые дни войны выходил в море на постановку мин, в дозор, на артиллерийский обстрел берегов, занятых противником. Вскоре получил направление в осажденную Одессу для создания там коргрупп и организации артиллерийской поддержки защитникам Одессы с прибывавших кораблей эскадры.

Меня вызвал командующий эскадрой Лев Анатольевич Владимирский и сказал: «Пойдешь на вспомогательном крейсере «Микоян» в Одессу. Садись и пиши письмо семье.» Я ответил «Есть!», и написал несколько строчек семье. «Микоян» был кораблем типа ледокол «Сталин», переоборудованным в военный крейсер. Наш поход из Севастополя в Одессу проходил спокойно, однако на подходе к Одессе нас обнаружили 2 самолета противника типа «Юнкерс». Погода стояла ясная, солнечная на небе висело всего одно небольшое облачко. Полагая, что на бомбежку самолеты зайдут именно из-за этого облачка, приказал артиллеристам усилить внимание на облачко и, при появлении самолетов, открыть огонь на поражение. Затем на довольно низкой высоте, всего около одной тысячи метров, самолеты противника стали сбрасывать на корабль свой груз. Однако, в результате маневра корабля, бомбы начали рваться впереди корабля, подняв высокий столб водяной грязи. Отбомбившись, они улетели, не достигнув цели. По приходу в Одессу водолазы крейсера осмотрели днище судна и доложили, что повреждений нет, но само днище очищено от ракушек и блестит, как зеркало.

В этом походе мне предстояло еще не один раз координировать действия коргруппы вспомогательного крейсера «Микоян». После выполнения поставленной задачи крейсер ушел в Севастополь. В Одессу для артиллерийского обстрела позиций противника пришел лидер «Ташкент» (командир - капитан 3 ранга Василий Николаевич Ерошенко). Для артиллерийской поддержки защитников города была создана группа во главе с лейтенантом Борисенко Б.С. В составе этой группы мне пришлось побывать на переднем крае в Восточном секторе обороны Одессы. Туда нас привезли на автомашине и, что удивительно, на протяжении всего пути мы не встретили ни одного нашего солдата, никаких наших воинских частей. У оборонявших город не было никаких резервов, никаких запасных подразделений.

Расположились на переднем крае, и увидели в 50-70 метрах румынских офицеров, выходящих из кукурузного поля, а затем и румынских солдат. Подпустив их к себе на расстояние 25 метров, открыли огонь. Встреча перешла в автоматную перестрелку и дошла до бросания гранат. Румыны ретировались. Наша коргруппа, к счастью, потерь не имела.

Вскоре началась 250-дневная оборона Севастополя. В силу того, что рейды Севастополя, где стояли корабли, оказались вблизи от линии фронта, корабли эскадры были перебазированы в порты Кавказа. На протяжении всего периода севастопольской обороны они регулярно ходили в Севастополь, доставляли оружие и продовольствие, пополняли войска, увозили раненных, оказывали оборонявшимся севастопольцам артиллерийскую поддержку.

Я часто бывал в Севастополе на кораблях эскадры, принимал участие в артиллерийской стрельбе по позициям противника. Однажды на эсминце «Смышленный» мы сопровождали линкор «Парижская коммуна», идущий в Севастополь. По возвращению к кавказским берегам на эсминце произошла авария: в мазут попала забортная вода, эсминец потерял ход. Пришлось остановиться и выкачивать этот мазут. Море штормило. В течение четырех часов ночью корабль ложился на оба борта до 45 градусов пока не откачали весь мазут, смешанный с водой. Линкор конечно ушел. Мы же продолжили свой путь только после устранения аварии.

Кончилась война. Моя служба в Военно-морском флоте продолжалась еще целых 16 лет. После войны я служил в Поти, занимая должность начальника штаба Потийской Военно-морской базы. Затем был переведен на Тихоокеанский флот, где служил в должности замначальника управления боевой подготовки флота. Служил на Камчатке, затем в Главном штабе ВМФ в Москве и в 1961 году демобилизовался.

Долго работал на гражданке, но никогда не забывал флот. По приглашению администрации школ города Москвы часто выступал перед учащимися с рассказами о войне, лекциями на военно-патриотическую тему. Систематически поддерживал связь с участниками обороны Севастополя. В 1979 году бывший командующий береговой обороны Севастополя генерал-лейтенант Петр Алексеевич Моргунов пригласил меня и других участников обороны, в частности адмиралов Проценко, Пархоменко, Филимонова, капитана 1 ранга Румянцева к себе на квартиру и предложил нам принять участие в создании в городе Москве музея КЧФ. О выделении помещения он, оказывается, уже договорился в Севастопольском РК КПСС. Нам выделили тогда в здании Дома пионеров и школьников на Большой Черемушкинской 38 весь третий этаж. Наши помещения отремонтировали и оборудовали. Генерал Моргунов во время встречи доложил, что им лично уже было собрано около десяти тысяч экспонатов. Каждому из нас дал поручение собирать фотографии и другие предметы, отражавшие действия во время обороны Севастополя.

На встрече был поднят вопрос о названии музея. Предлагалось 2 варианта: «Город – герой Севастополь» и «Города – герои КЧФ». Решили оставить первый вариант. Мне поручалось собирать фотографии, документы, другие экспонаты для третьей комнаты - «Оборона Одессы». Всего в музее 8 комнат общей площадью 500 кв.метров.

В 1981 году при Штабе ВМФ ан Козловском пер., д.6, был образован Объединенный Совет ветеранов ВМФ. Первым председателем ОС был избран Гагаркин. В состав Совета входили: Моргунов П.А., Кудея А.С., Булдаков Ф.А., и др. Впоследствии Советы ветеранов образовали на всех флотах и флотилиях как первичные организации.

В 1985 году открылся музей КЧФ. Его директором стала Валерия Викторовна Курникова, которая занимает эту должность и по сей день. С открытием музея была широко развернута военно-патриотическая работа с посетителями музея и, прежде всего, с учащимися Севастопольского района г. Москвы. В этой работе самое активное участие принимали участники обороны и мы – создатели музея. Сейчас нам на смену приходят другие ветераны-черноморцы, сегодняшние ветераны военной службы, офицеры, чья служба была связана с Черноморским флотом. Не смотря на мой возраст, я до сих пор продолжаю работу в Совете ветеранов КЧФ и провожу встречи со школьниками в нашем музее.