• Начало
  • Начало
  • К читателю
  • От автора
• Глава 1
  • Родители
  • Старшие братья и сестра
  • Младшие братья
  • Средняя школа
  • Выбор профессии. Пединститут
  • Призыв на военную службу
• Глава 2
  • Школа оружия
  • Крейсер «Червона Украина»
  • Предвоенная обстановка
• Глава 3
  • Война
  • Оборона Одессы
  • Оборона Севастополя
  • Ноябрьский штурм Севастополя
  • Декабрьский штурм и декабрьский десант
  • Керченско-Феодосийская операция
  • Третий штурм Севастополя
• Глава 4
  • Отправка моряков-черноморцев на сухопутные фронты
  • Обстановка на Северо-Западном направлении в 1941-1942 гг.
  • Февральско-мартовская операция 1942 года
  • Мартовско-апрельская оборонительная операция 1942 года
  • Рамушевский коридор
  • 253-я Стрелковая дивизия на Северо-Западном фронте
  • Ликвидация Демянского плацдарма
  • 253-я Стрелковая в Резерве Ставки
  • 253-я Контрнаступление на Белгородско-Харьковском направлении
  • 253-я Форсирование Днепра
  • Освобождение столицы Украины Киева
• Глава 5
  • Возвращение на Черноморский Флот
  • Крымская конференция
  • Учеба на офицерских курсах
• Глава 6
  • Сидельников Николай Яковлевич
  • Бабкин Анатолий Алексеевич
  • Пучков Владимир Васильевич
  • Богданов Евгений Иванович
  • Громов Гавриил Алексеевич
  • Сыромятников Михаил Михайлович
  • Послесловие

 

Глава 4. Северо-западный фронт
Освобождение столицы Украины Киева

После форсирования Днепра перед нашими войсками встали задачи по ликвидации оставшихся укреплений врага на левом берегу и расширению захваченных плацдармом с целью освобождения всей Правобережной Украины. Ставка поставила перед войсками фронтов, действовавших на Украине, конкретные задачи. Первому Украинскому фронту (как теперь стал называться бывший Воронежский фронт, в котором числилась 253 СД) предлагалось сосредоточить главные усилия на Киевском направлении, чтобы разгромить противника в районе Киева, освободить столицу Украины и создать в этом районе стратегический плацдарм.

Противник хорошо понимал, что в случае успеха советских войск на Киевском направлении создается угроза всей его южной группировке, а для Красной Армии открываются пути на Карпаты и в Польшу.

Перед войсками 1-го Украинского фронта в первой линии обороны действовали армии группы «Центр». Располагая, достаточно мощными силами, враг имел еще и преимущество в свободе маневра. Его наземные войска поддерживал 4-й воздушный флот, который успел перебазироваться на хорошо подготовленные аэродромы за Днепром.

По замыслу Советского командования, разгром противника на правом берегу Днепра в районе Киева и освобождении столицы Украины предполагалось осуществить двумя ударами. Главный удар намечался с плацдарма в районе Великого Бруклина, вспомогательный – с Лютежского плацдарма. Ударная группа войск, сосредоточенная на Бруклинском плацдарме, предпринимала дважды наступление и оба раза неудачно. Боевые действия в районе Великого Бруклина показали, что здесь трудно рассчитывать на успех, поэтому Советское командование отказалось от дальнейших попыток наступать с этого плацдарма.

Было решено нанести главный удар теперь с Лютежского плацдарма. Соединения, действовавшие на Бруклинском плацдарме, должны были перейти в наступление двумя днями ранее, чтобы оттянуть на себя как можно больше сил противника и этим облегчить действия главной ударной группировки.

Необходимо было в короткое время скрытно осуществить перегруппировку сил и средств. Артиллеристы Резерва Главного командования, находившиеся на Бруклинском плацдарме, должны были перебазироваться теперь на плацдарм Лютежский. То же предстояло сделать и войскам, ранее наступавшим с Бруклинского плацдарма. Им пришлось переправиться через Десну на левый берег Днепра, совершить марш в 130-200 километров вдоль линии фронта, а затем переправиться через Десну и вновь через Днепр на Лютежский плацдарм. Причем, все передвижения производились главным образом ночью или при густых утренних и вечерних туманах,

О скрытности отхода танкового соединения с Бруклинского плацдарма и переброски его в новый район сосредоточения П.С.Рыбалко, бывший командующий 3-й гвардейской танковой армией, маршал бронетанковых войск, вспоминает: «… были приняты меры тщательной маскировки… Принятыми мерами мы обманули противника, заставив его авиацию в течение недели бомбить наши оставленные позиции». [1]

В этой огромной передислокации войск с одного участка фронта на другой, под носом у противника вдоль линии переднего края принимала участие наша стрелковая дивизия, поскольку она входила в состав данного фронта. Сейчас, спустя много лет, трудно говорить о подробностях, но, вспоминая о ней, я восхищаюсь талантом прославленного полководца Великой Отечественной войны маршала К.К. Рокоссовского, проводившего эту операцию. После войны я не раз встречался с маршалом Рокоссовским во время проведения учебных операций на флотах, когда он был инспектором Генерального штаба. Его, как никого другого, хорошо знали и солдаты на фронте. Его обаяние, интеллигентность, внимание к личному составу подкупали рядового солдата. Мы хорошо знали его, верили ему и восторгались его талантом. Вспоминая об этой сложной операции, я, лично с любовью и уважением говорю о Константине Константиновиче Рокоссовском. Эта операция в основном проходила ночью и при плохой погоде, потому мы мало, что могли видеть, но пройти сотни километров в составе такой армады войск, дважды форсировать такие реки как Десна и Днепр, оказаться на другом участке фронта и сходу вступить бой – это здорово. Это говорит о таланте военного начальника.

Организация перегруппировки войск, несмотря на огромные трудности, была закончена в срок. Командование немецкой группы армий «Юг» так и не смогло своевременно вскрыть перегруппировку и сосредоточение советских войск. В результате на направлении главного удара фронта советские войска превосходили противника на участке прорыва в 3 раза по пехоте, в 4,5 раза по артиллерии и в 9 раз по танкам.

1 ноября с отвлекающей целью перешли в наступление советские войска на Бруклинском плацдарме, а утром 3 ноября с Лютежского плацдарма перешла в наступление ударная группа фронта. Советские войска прорвали первую позицию обороны врага и настойчиво продвигались вперед. Противник оказал сильное сопротивление. Уже в первый день наступления ввел моторизованную дивизию. Его авиация группами до 40 самолетов наносила непрерывные удары.

Наступающим советским войскам, большую помощь оказала авиация 2-й воздушной армии. С утра был туман, но после того, как туман рассеялся, штурмовики и бомбардировщики начали наносить сильные удары по противнику, истребители вступили в бой с авиацией врага.

Ставка потребовала не позже 5-6 ноября овладеть Киевом. Выполняя указания Ставки, были приняты меры к ускорению темпов наступления. Командующие ввели в сражение вторые эшелоны и резервы. В борьбу за освобождение Киева вступила 1-я чехословацкая бригада (Полковник Слобода). В сражение была введена 3-я гвардейская танковая армия. Танки шли в атаку и с наступлением темноты с зажженными фарами, воющими сиренами, ведя огонь из пушек и пулеметов. Глубоко обойдя противника с запада, соединения советской танковой армии 5 ноября вышли в районе Святошино, перерезав шоссе Киев – Житомир.

В этот же день в сражение был введен 1-й гвардейский кавалерийский корпус Генерал-лейтенанта В.К.Баранова. К исходу 5-го ноября армейские войска завязали бои на окраине Киева.

Немецко-фашистское командование, боясь окружения, начало отвод своих войск из украинской столицы. В то же время оно стало перебрасывать под Киев силы из района Великого Бруклина. Всю ночь на 6-е ноября в Киеве шли уличные бои. К 4-м часам утра 6-го ноября советские войска полностью ликвидировали сопротивление противника в Киеве. 6-го ноября Москва громом орудийного салюта возвестила миру об освобождении столицы Советской Украины.

7-го ноября советские войска освободили Фастов – крупнейший железнодорожный узел. С потерей Фастова обстановка для противника еще более ухудшилась. С 8-го ноября начались сильные контратаки немецких войск на фронте от Фастова до Днепра. Противник стремился снова овладеть Фастовым, прорваться вдоль правого берега Днепра, выйти в район Киева и в тыл войскам 1-го Украинского фронта. Советские войска, отражая удары врага, прочно удерживали в своих руках Фастов, и одновременно продолжали развивать наступление в западном направлении. 12-го ноября был освобожден Житомир.

15-го ноября, сосредоточив крупные силы, противник перешел в контрнаступление из районов западнее Фастова и южнее Житомира, стремясь выйти на шоссе Житомир – Киев. Используя превосходство в силах, он смог выйти в районе Коросташева на шоссе Житомир – Киев, обошел Житомир и вновь его захватил, продвинулся на 35 – 40 километров. Советские войска вынуждены были на этом участке фронта отступать. В эту передрягу попали и подразделения 253-й стрелковой дивизии. Помню, как мне и моим разведчикам пришлось пятиться назад. Это было ужасно.

Выше я говорил, что, переправившись на правый берег Днепра, советские войска освободили столицу Украины Киев, города Фастов, Житомир и другие, стремительно продвигались вперед и вдруг отступление, не смогли отразить контрнаступление врага. Мы получили приказ двигаться по шоссе Киев – Житомир в конкретный населенный пункт, где предполагалось сосредоточение частей и подразделений 253-й дивизии. Уселись на двух автомашинах артиллеристов с прицепленными 130 мм. пушками. За ночь проехали не менее 30 километров и к утру оказались в селе Раковицы. Это было довольно большое село с одной длинной улицей. В глубину села она не просматривалась. Жителей в селе не было. Предполагаю, прятались. Мы же решили сделать перекур, а заодно и позавтракать. В этот момент проходил мимо нас человек в форме танкиста, который на наш вопрос – кто находится в деревне? – ответил: «нет ни ого». Мы успокоились, да и не собирались задерживаться в этой деревне.

Разожгли костер, разогрели пищу и начали завтракать, как вдруг из-за домов выкатились две бронемашины и прямой наводкой открыли по нам огонь. Мы попытались было развернуть в их сторону свои две пушки, но тут же увидели цепь немецких солдат, появившуюся из леса, которые открыли по нам еще более интенсивный ружейный и пулеметный огонь.

Не зная обстановки и не ожидая появления немецких солдат в этих местах, мы вынуждены были ретироваться, дабы спасти орудия. Это отступление было настолько неприятным, что хуже его, трудно что-либо придумать. Мы развернули одну машину, прицепили к ней пушку, поехали прямо по полю в свой тыл. Отъехав два-три километра, машина застряла в грязи. Идущая за ней вторая машина, проехала немного дальше и то же застряла. Нам ничего не оставалось делать, как развернуться и открыть по врагу ответный огонь. Это охладило пыл наступающей немецкой пехоте. Дальше села, которое только что мы оставили, она не пошла, а бронемашины с нами состязаться не могли. Так и пришлось нам целый день до наступления темноты на виду у противника, то отстреливаться, то высвобождать из грязи, застрявшие в ней машины.

Вскоре мы снова уже под Житомиром попали в сложное положение. Как я уже говорил, противник отступал по территории Украины настолько быстро, что иногда мы не успевали его догонять. Стремительно продвигаясь вперед, мы часто не знали обстановки. В то же время, в силу своих возможностей, враг иногда атаковал наши подразделения, как это в частности случилось под Житомиром. Советской пехоте приходилось занимать невыгодные позиции. И вот случай: продвигаясь вперед и отражая контратаки противника, наша пехота вынуждена была занять позиции в совершенно чистом поле с редким кустарником. Мой взвод и я с ними находились на наблюдательном пункте. Вдруг перед нашими глазами на небольшом расстоянии появилась армада немецких танков. Шли они прямо на нас и открыли ураганный огонь. Скрежет гусениц танков и разрывы снарядов сильно отразились на психике солдат и они не выдержали, побежали. Командиры пытались остановить убегающих. Для устрашения они вынимали пистолеты и стреляли чуть ли не в солдат. Однако остановить так и не смогли. Остановили бегущих солдат танки врага. Устремившись вперед, вражеские танки расстреливали на ходу бегущих и, не обращая на них внимания, оставляли сзади себя.

В этом неравном бою моя команда разведчиков, видавшая еще и не такое, проявила исключительную выдержку. Оставаясь в окопах, мы пропустили через себя двигавшиеся на нас танки, забросали их гранатами, и в результате один из них загорелся. Танкам врага удалось прорваться сквозь наши позиции и устремиться вперед, вернуть часть утраченной им территории, но не надолго.

В то время как армии левого крыла и центра вели ожесточенные бои против группы противника, стремящихся прорваться к Киеву, войска правого крыла фронта продолжали наступать северо-западнее Киева. 17 ноября они освободили Коростень и вышли к Овручу.

Немецко-фашистским войскам прорвать оборону на левом крыле и в центре фронта так и не удалось. С каждым днем его атаки ослабевали. За это время Ставка усилила войска 1-го Украинского фронта, а те, перейдя в наступление, в результате восьмидневных боев, вернули территорию, захваченную врагом в период его контрнаступления.

Отражением контрнаступления противника завершилась Киевская стратегическая операция, продолжавшаяся почти три месяца. После завершения Киевской операции 253-я стрелковая дивизия оказалась в составе 1-го Белорусского фронта.

В середине октября 1943 года развернулось наступление Красной Армии на Гомельско-Бобруйском направлении. Войска правого крыла Белорусского фронта форсировали Днепр южнее Лоева, освободили город и продвинулись на запад до 20 километров, создав угрозу охвата Гомеля. В течение половины октября - начала ноября войска 1-го Белорусского фронта вели бои за расширение плацдарма на Днепре и готовились к боям за Гомель. В ночь на 18-е ноября они перерезали железную дорогу Гомель – Калинковичи, и овладели Речицей, тем самым отрезали врагу путь на запад.

Немецко-фашистские войска начали отступление в сторону Бобруйска. По заданию командования Белорусского фронта гомельские партизаны нанесли ряд ударов по отходящим войскам противника. Отступающие части противника из местечка Горваль на Шательки попытались пересечь дорогу, но партизаны напали на них и после двухдневных боев заставили колонну врага повернуть обратно в Горваль. Противник стал наводить переправу через Березину, чтобы перебраться на левый берег, но партизаны снова нанесли удар. В панике гитлеровцы начали бросаться в реку, Партизаны удерживали этот опорный пункт врага до подхода войск Красной Армии.

К вечеру 25 ноября советские войска с трех сторон подошли к Гомелю и завязали бои на улицах города. К утру Гомель был очищен от гитлеровцев. Вечером Москва салютовала войскам, освободившим Гомель.

В результате наступлений на Гомельско-Бобруйском направлении войска 1-го Белорусского фронта преодолели реку Сож, а соединения левого крыла фронта форсировали Днепр и, продвинувшись на запад до 130 километров, заняли выгодное положение для охвата вражеской группировки.